Tweet

Смотрины

    Там у соседа пир горой,
    И гость солидный, налитой.
    Ну, а хозяйка — хвост трубой —
        Идет к подвалам.
    В замок врезаются ключи,
    И вынимаются харчи,
    И с тягой ладится в печи,
        И с поддувалом.

А у меня сплошные передряги —
То в огороде недород, то скот падет,
То печь чадит от нехорошей тяги,
А то щеку на сторону ведет.

    Там у соседей мясо в щах,
    На всю деревню хруст в хрящах.
    И дочь-невеста, вся в прыщах —
        Дозрела, значит.
    Смотрины, стало быть, у них —
    На сто рублей гостей одних,
    И даже тощенький жених
        Поет и скачет.

А у меня цепные псы взбесились —
Средь ночи с лая перешли на вой.
И на ногах моих мозоли прохудились
От топотни по комнате пустой.

    Ох! У соседей быстро пьют.
    А что не пить, когда дают?
    А что не петь, когда уют
        И не накладно?
    А тут вон — баба на сносях,
    Гусей некормленных косяк,
    Но дело, в общем, не в гусях,
        А все неладно.

Тут у меня постены появились,
Я их гоню и так, и сяк — они опять.
Да в неудобном месте чирей вылез,
Пора пахать, а тут — ни сесть, ни встать.

    Сосед маленочка прислал —
    Он от щедрот меня позвал.
    Ну, я, понятно, отказал,
        А он — сначала.
    Должно, литровую огрел,
    Ну и, конечно, подобрел.
    И я пошел — попил, поел, —
        Не полегчало.

И посредине этого разгула
Я прошептал на ухо жениху.
И жениха, как будто ветром сдуло,
Невеста вся рыдает наверху.

    Сосед орет, что он — народ,
    Что основной закон блюдет,
    Мол, кто не ест, тот и не пьет, —
        И выпил, кстати.
    Все сразу повскакали с мест...
    Но тут малец с поправкой влез:
    «Кто не работает — не ест, —
        Ты спутал, батя!»

А я сидел с засаленною трешкой,
Чтоб завтра гнать похмелие мое,
В обнимочку с обшарпанной гармошкой —
Меня и пригласили за нее.

    Сосед другую литру съел —
    И осовел, и опсовел.
    Он захотел, чтоб я попел, —
        Зря, что ль, поили?
    Меня схватили за бока
    Два здоровенных паренька:
    «Играй, паскуда, пой, пока
        Не удавили!»

Уже дошло веселие до точки,
Уже невеста брагу пьет тайком,
И я запел про светлые денечки,
Когда служил на почте ямщиком.

    Потом у них была уха
    И заливные потроха,
    Потом поймали жениха
        И долго били.
    Потом пошли плясать в избе,
    Потом дрались не по злобе
    И все хорошее в себе
        Доистребили.

А я стонал в углу болотной выпью,
Набычась, а потом и подбочась,
И думал я: а с кем я завтра выпью
Из тех, с которыми я пью сейчас?

    Наутро там всегда покой
    И хлебный мякиш за щекой,
    И без похмелья перепой,
        Еды навалом,
    Никто не лается в сердцах,
    Собачка мается в сенцах,
    И печка — в синих изразцах
        И с поддувалом.

А у меня и в ясную погоду
Хмарь на душе, которая горит.
Хлебаю я колодезную воду,
Чиню гармошку, и жена корит.